Коррупция
07.05.2009

«Мышиный король» финансового рынка Александр Гинзбург. Часть 3

«Мышиный король» финансового рынка Александр Гинзбург. Часть 3
  • ОРД

    Дмитрий Фирташ. Фото "obozrevatel.ua"
Дмитрий Фирташ и семья президента Ющенко
Не только Хорошковский, но и Фирташ перманентно маячат за спиной Александра Гинзбурга. Например, в нашумевшей истории с приобретением оффшоркой Гинзбурга под названием Oakcroft Investments Ltd Украинской межбанковской валютной биржи (УМВБ), кого только не вспоминали. И Табачника, и россиян, но о Фирташе забыли. И его партнере Левочкине тоже. А ведь покупка Гизбургом биржи была по сути отъемом бизнеса у одной части старой ющенковской команды времен Гетьмана в интересах другой части этой же команды.

Достаточно пролистать статьи на ОРД, чтобы вспомнить: именно самый близкий партнер Фирташа (до последнего времени), который, возможно, даже был в некотором роде его старшим партнером – т.е. Сережа Левочкин, в 90-е волею судьбы кормился на УМВБ вместе с тогдашним главой НБУ Ющенко. Дальше позволим себе процитировать фрагмет статьи «Неизвестный Левочкин-2» на нашем сайте http://ord-ua.com/2008/06/23/neizvestnyij-levochkin-2/

«Тут придется еще раз напомнить, что бизнес Левочкина базируется на родственниках и друзьях. Через них он контролирует финансовые потоки. И в данном случае важнейшую роль играет самый близкий друг Левочкина – Тема Ершов. Именно он, после того, как силовики все же разгромили зарвавшийся на конвертации «Банкирский дом», возглавил сначала  “Первый инвестиционный банк”, а потом АБ “Клиринговый Дом”.

Как писал сайт «Украина криминальная», «8 июня 1993 года увидело свет постановление правления НБУ № 50 за подписью Виктора Ющенко “Об Украинской межбанковской бирже” ( УМВБ ). Смысл постановления сводился к тому, что доходы биржи выводились из доходов НБУ и перестали поступать в казну. В 1996-97 годах ГлавКРУ Минфина провело ревизию НБУ и  УМВБ . В акте ревизии КРУ есть упоминание о том, что 31.10.96 биржа предоставила финансовую помощь в размере 4 млн.долл. некому ООО “Биржевые технологии”.

Это ООО, наряду с многими ему подобными дочерними структурами, было учреждено  УМВБ  (99,99% уставного фонда) и украинским институтом финансовых и банковских исследований. Затем “Биржевые технологии”, Нацбанк и  УМВБ  создают АКБ “Клиринговый дом” (33,75 % уставного фонда у ООО, 35% — у биржи, 30% — Нацбанк), который должен был сосредоточить в себе основную часть расчетов по купле-продаже валюты. Фактически эта операция заключалась в преобразовании расчетно-клирингового центра “Украинской межбанковской валютной биржи” в банковское учреждение под названием АКБ “Клиринговый дом”. Случилось это в марте 1997 года.

Банковское законодательство не позволяло НБУ основывать коммерческий  банк , и юристы наверняка это знали. Но за  банком, как и за  УМВБ  маячила “тень отца Гамлета”: и там, и там наблюдательный совет возглавлял корифей украинского банковского искусства, человек, который привел Ющенко к большим финансам — Вадим Петрович Гетьман. Был еще один  банк, где Вадим Петрович занимал пост председателя Совета: “Первый инвестиционный банк”, о котором тоже довольно много писали.

“Первый Инвестиционный банк ” зарегистрирован 20 июня 1997 года. Среди акционеров-физических лиц в  банке  числились: родной брат Виктора Ющенко Петр; дочь Гетьмана Ирина Половко; директор  УМВБ  Олег Андронов. Правление “Первого   Инвестиционного банка” возглавил Борис Соболев, бывший замминистра финансов, занимавшийся вопросами внешних займов и обслуживанием государственного долга.

Виктор Ющенко, являясь председателем правления НБУ, 27 мая 1997 года возглавил совет акционеров “Первого Инвестиционного банка “. Он подписал Устав  банка  от имени акционеров… Однако уже на следующий день Ющенко сложил полномочия председателя совета  банка. Его место занял Вадим Гетьман, после убийства которого председателем совета стал Петр Ющенко.

“Первый Инвестиционный” был уполномоченным  банком  по размещению облигаций государственного внутреннего займа на сумму 750 млн. гривен. На решении о выборе уполномоченного  банка  также стоит подпись Викторе Ющенко.

Газета “Регион” 15.05.99 писала: “… банк  “Клиринговый дом” был создан с целью монополизации всех расчетов, связанных с продажей и покупкой иностранной валюты на Украинской валютной бирже”. А иначе зачем НБУ владеет 30% уставного фонда  банка  “Клиринговый дом”? Зачем совет акционеров этого  банка , как и ” Первого   инвестиционного   банка “, возглавил В.Гетьман?

К сказанному можно добавить, что “Первый инвестиционный банк” и “Клиринговый дом” после парламентского следствия сменили хозяев. Но, судя по всему, связь между ними все равно осталась. Не так давно в “Клиринговый дом” из ” Первого   инвестиционного   Банка ” пришли топ-менеджеры Артемий  Ершов  и Виктория Андреевская…».

Короче говоря: Ющенко и Гетьман (пусть земля ему пухом) создали для своих сделок два банка, в обеих из которых побывал доверенный друг Левочкина. Впоследствие “Первый инвестиционный банк” был продан россиянам. «Клиринговый дом» так и остался под контролем Левочкина и (опосредовано, через «прокладки»)  Фирташа . Он до сих пор процветает в прекрасном здании на историческом Подоле…» (конец цитаты).

УМВБ тоже занимает прекрасное здание  на Подоле, на Контрактовой площади. Биржа уже давно не торговала валютой (эту функцию Стельмах сразу перебрал в свои руки), она превратилась  в жалкое, заурядное подобие товарной биржи, и в основном специализировалась на аукционах по нефти и газу. В 2003 году аукционный комитет по продаже нефти и нефтепродуктов на УМВБ  возглавлял… Валерий Хорошковский. Но это так, к слову.

Когда в 2007 году Гинзбург от себя лично и на свой оффшор Oakcroft начал скупать и концентрировать акции УМВБ, Виктор Ющенко мог его остановить двумя способами. Во-первых, через Нацбанк, которому стоит только шикнуть на банки и они строятся в две шеренги. Ведь именно у банков-учредителей биржи – VAB Банк, АвтоЗАЗбанк, ЭлектронБанк – и др. наш «мальчик» разжился долями. Но на банки никто не шикнул.

Во-вторых, признать скупку недействительной через Антимонопольный комитет (АМКУ). Ведь довольно скоро в  руках Оаkcroft Investments оказались 53% акций УМВБ, и никое разрешение от АМКУ Гинзбург не брал; а по закону максимальный пакет, который компания может сконцентрировать без разрешения Антимонопольного комитета Украины, составляет 25%. Потому сколько отстраненный новыми собственниками председатель совета директоров УМВБ Олег Андронов – друг молодости и зрелости Вадима Гетьмана, и еще один участник группировки «Ющенко-Гетьмана» — Борис Соболев («Первый инвестиционный банк», помните?), ныне занимающий формальный пост вице-президента Украинского кредитно- банковского союза – ни бегали на Банковую, ни падали в ноги Андреевичу, с просьбой позвонить Костусеву в АМКУ, ничего не добились.

Биржей, видимо, заинтересовался Фирташ, под дудку которого президент пляшет, забыв о своих старых «братьях» по окружению Гетьмана. Потому «старых меринов» – Соболева, Андронова и Жердицкого, который играл на их стороне через компанию «Основа», — «сдали на мясо».

И понятно, что не ради Гинзбурга. Вскоре после того, как биржа перешла в руки его и сотоварищи, а в ее совет вошел организатор всей аферы Жора Берадзе, на торговой площадке УМВБ за 1 млрд грн. был продан очень большой кусок земли на Оболони – 113 га. Продавала землю – КГГА, а купил ее… Фирташ, о чем много и подробно писали в Интернете. Фирташу покупать землю именно на этой бирже было очень удобно, поскольку позволяло не светиться перед госорганами. До сих пор официальным владельцем огромных заповедных угодий является никому не известное ООО «Баски плюс-2004», с единственным учредителем Федосеевым Игорем  Игоревичем, проживающим на Баумана, 20, кв. 44.

Впрочем, прослеживающийся след Фирташа в смене собственников на УМВБ – это лишь часть правды. Гинзбург покупал биржу вовсе не для того, чтобы Фирташ с комфортом сгребал на ней земельные участки.

Просто на тот момент при власти еще был вице-премьер Николай Азаров, и Гинзбург выливал на него тонны мироточивой еврейской предупредительности, чуть ли не грелкой работал, нянча больной желудок вице-премьера и выбивая себе особые условия ведения бизнеса. Именно тогда Жора Берадзе оформил, а Азаров протолкнул  исключительные полномочия «Кредит-Рейтинга» по части присуждения рейтинга ценным бумагам, перестрахованию и т.д.

Точно так же Гинзбург планировал, что УМВБ станет уполномоченной биржей Минфина (и не его одного). Под занавес своей работы, Кабмин Януковича 8 ноября 2007 г. одобрил Концепцию пятилетней Программы модернизации рынков капитала, предусматривающую создание консолидированной биржевой системы. Согласно ей в стране должна была остаться только одна(!) фондовая площадка, которая монополизирует торговлю ценными бумагами (и доходы от нее). Среди заинтересованных лиц был глава Госинвестиций Виктор Ивченко, муж Веры Ивановны Ульянченко, с которым у Азарова были хорошие денежные отношения, а у Гинзбурга – подспудная конкурентная вражда.

Некоторое время Гинзбург полагал, что сможет воспользоваться плодами лоббистской деятельности Ивченко, и даже пойти на создание своего собственного депозитария. Но, когда, после отставки Азарова и всей донецкой команды, он увидел, что игра пошла не в его пользу, через Жору Берадзе сумел отменить Концепцию с Программой. А заодно – и решение Кабмина о предоставлении помещения в здании Гостиного двора на Подоле для офиса Госинвестиций (Ивченко).

Параллельно он еще влез в проект  застройки Контрактовой площади по проекту архитектора У.Гесте (начало XIX ст.): именно УМВБ, контролируемая Гинзбургом, была назначена заказчиком этого строительства. Вместе с правом на застройку прилегающей к зданию биржи территории ее собственники по завершении всех работ должны были получить в собственность также и землю под новым зданием. Но этот одиозный план был вовремя остановлен…

Сергей Вавилов