Коррупция
05.10.2009

Гидроудар по Анатолию Чубайсу

Гидроудар по Анатолию Чубайсу
Катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС - логичный результат деятельности человека, которому вместо тюрьмы поручено спасать российскую науку и технику
Авария на крупнейшей в России Саяно-Шушенской ГЭС (СШГЭС) произошла рано утром 17 августа, погибло 75 человек. Из строя вышел второй гидроагрегат, его буквально вырвало водой, и машинный зал, в котором находились ночная смена работников ГЭС и сотрудники подрядчиков, был затоплен. Оборудование повело себя «вопреки законам физики» — аппарат весом свыше 1500 т «поднялся в воздух и летал», описывал случившееся в августе руководитель Ростехнадзора Николай Кутьин. Акт о расследовании причин аварии Ростехнадзор опубликовал в субботу.

Что случилось

На СШГЭС было 10 гидроагрегатов (вводились в 1978-1985 гг.), срок службы установленных на них гидротурбин — 30 лет. Возраст турбины второго агрегата был 29 лет и 10 месяцев, гласит акт (последний капремонт агрегата проводился в 2005 г., «средний» ремонт — в январе — марте 2009 г., качество работ в обоих случаях принято с оценкой «хорошо»). У турбин, изготовленных для СШГЭС, есть технологическая особенность: при увеличении или уменьшении мощности агрегат на время попадает в «нерекомендованную, опасную» для эксплуатацию зону, рассказал Кутьин. В этом режиме вибрация турбинного оборудования усиливается. Сколько агрегат может работать в такой зоне, в документах по эксплуатации не указано, но есть предельные показатели по вибрации — 160 микрон, выше которых заходить нельзя, продолжает он.

Второй агрегат вышел из последнего ремонта с показателями по вибрации, близкими к предельным, а начиная с апреля они выросли в 4 раза, говорится в акте. Контрольные датчики, которые показывают уровень вибрации, на втором агрегате были, но их показания «не учитывались при принятии решений», говорит Кутьин. Почему — Ростехнадзору не известно.

Непосредственно перед аварией второй агрегат был выключен. Но вечером 16 августа случился пожар на линии связи Братской ГЭС («Иркутскэнерго»), из-за него диспетчер «Системного оператора» в Сибири потерял эту станцию со своего монитора и распорядился задействовать резервные мощности СШГЭС. Персонал станции принял решение запустить находившийся в резерве второй агрегат и сделать его «приоритетным» для изменения нагрузки: до момента аварии его нагрузка менялась больше 10 раз и колебалась от 50 до 610 МВт. Агрегат успел шесть раз пройти через опасную зону, а показатели вибрации за несколько минут до аварии выросли почти в 1,5 раза и превышали предельные более чем в 5 раз (840 микрон), указано в акте.

«Не почувствовать этого люди в зале не могли», — уверен Кутьин. Монтажник, находившийся на крыше машинного зала, рассказал, что почувствовал «легкую» вибрацию даже там. Она быстро усилилась, «переросла в грохот», а потом он увидел «огромный всплеск воды <...> сопровождавшийся скрежетом металла и треском короткого замыкания».

Не выдержали изношенные крепления крышки турбины, под напором воды «в 200 с лишним метров» агрегат взлетел примерно на 14 м, продолжая вращаться со скоростью около 140 оборотов в минуту, рассказывает Кутьин.

Возможности спастись у людей в зале не было: в помещениях отсутствовали эвакуационные выходы «на отметку, не подвергаемую затоплению», говорит Кутьин.

Главный инженер СШГЭС Андрей Митрофанов должен был принять решение об остановке агрегата, сказано в акте. Но не принял; почему — в документе не указывается, а Митрофанов разговаривать с «Ведомостями» отказался.

Кто виноват

«Кто виноват, определяет суд», — настаивает Кутьин. Но в акте Ростехнадзора перечислены 25 человек.

Шестеро названы в пункте «События (лица), предшествующие и способствующие возникновению аварии». Среди них — бывший председатель правления РАО «ЕЭС России», а ныне гендиректор «Роснано» Анатолий Чубайс. В 2000 г. он подписал акт приема в эксплуатацию СШГЭС без «должной оценки» ее безопасности, указано в акте. Чубайс заявил, что не мог не подписать акт приема СШГЭС.

Также в списке замминистра энергетики Вячеслав Синюгин (был замом Чубайса в РАО, до июня 2008 г. — предправления «Русгидро»), гендиректор ТГК-1 Борис Вайнзихер (бывший технический директор РАО), руководитель дивизиона «Юг» «Русгидро» Валентин Стафиевский, член-корреспондент РАН Анатолий Дьяков (в 2000 г. возглавлял комиссию по приемке в эксплуатацию СШГЭС) и спецпредставитель президента России Игорь Юсуфов (министр энергетики в 2001-2004 гг.). Вайнзихер в субботу узнал о своем присутствии в списке от корреспондента «Ведомостей»; от комментариев он отказался, сказав, что должен изучить акт Ростехнадзора. Для Дьякова решение Ростехнадзора стало «полной неожиданностью». Удивлен тем, что включен в список, и Юсуфов: Минэнерго он возглавил в июне 2001 г., т. е. через год после сдачи СШГЭС в эксплуатацию. Связаться с Синюгиным и Стафиевским не удалось.

Еще 19 имен — в «Перечне лиц, несущих ответственность за предотвращение инцидентов и аварий на СШГЭС». В нем несколько топ-менеджеров владельца станции — государственной «Русгидро», включая и. о. предправления Василия Зубакина, члена правления Александра Толошинова (в 2002-2006 гг. возглавлял СШГЭС), члена правления, отвечающего за производство, Бориса Богуша, а также Николай Неволько (директор станции в 2006-2009 гг., после аварии переведенный на должность советника Зубакина) и Митрофанов. Богуш, как и Митрофанов, говорить с «Ведомостями» отказался. Связаться с остальными не удалось.

В действиях большинства этих людей, по мнению Ростехнадзора, есть признаки нарушения законов «О промышленной безопасности» и «О безопасности гидротехнических сооружений». По административному праву наказанием могут быть штрафы или запрет на занятие должностей, рассказывает партнер «Нерр Штифенхофер Лутц» Илья Рачков. Решение о возбуждении уголовных дел будут принимать правоохранительные органы, добавляет он: наказание по статье о нарушении правил строительства опасных объектов, к примеру, составляет до семи лет лишения свободы.

Что дальше

Кадровые решения будут «обязательно», пообещал министр энергетики Сергей Шматко: «Конкретную меру ответственности будут определять следственные органы». Сам Шматко отметил лишь Зубакина, сказав, что непосредственно его вины в аварии нет, «вопрос в том, как работала система». Представитель Следственного комитета при прокуратуре (СКП) отказался от комментариев. Сразу после аварии СКП возбудил уголовное дело по статье 143 (нарушение правил охраны труда). Акт Ростехнадзора не является юридическим документом, имеющим значение для следствия, оно будет опираться на результаты проводимых экспертиз, говорит источник в прокуратуре.

В субботу акт Ростехнадзора и план восстановления ГЭС рассматривала комиссия во главе с вице-премьером Игорем Сечиным. Возможные отставки и другие санкции на совещании не обсуждались, уверяют четверо его участников. План восстановления ГЭС комиссия утвердила: до декабря 2010 г. планируется починить и запустить во временную эксплуатацию четыре агрегата (3-й, 4-й, 5-й и 6-й), но в итоге заменены будут все 10 машин, рассказал один из собеседников «Ведомостей». Оборудование будут изготавливать «Силовые машины», первые пять агрегатов должны быть запущены в марте 2013 г., остальные — до декабря 2014 г.

Подготовка ТЭО по восстановлению СШГЭС заканчивается, оценка будущей сметы — около 40 млрд руб.

В чем виноват Чубайс?

Анатолий Чубайс, гендиректор «Роснано»


«Считаю, что в выводах Ростехнадзора достаточно полно отражены непосредственные технические причины аварии. Считаю, что, будучи председателем правления РАО ЕЭС в 2000 г., был обязан подписать акт приема Саяно-Шушенской станции в эксплуатацию. Станция к тому моменту уже отработала более 20 лет. А работающая станция, не введенная в эксплуатацию, – это худший из вариантов, который может быть».

Ирина Малкова

Анна Перетолчина

****

Чубайс признает часть вины за аварию ГЭС

Бывшей глава российской электроэнергетической монополии Анатолий Чубайс признал, что он несет часть ответственности за аварию на Саяно-Шушенской ГЭС в августе этого года.

 

В субботу Федеральная служба РФ по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) опубликовала выводы расследования происшествия, которое стало причиной остановки крупнейшей гидроэлектростанции в России и привело к гибели 75 человек.

 

Чубайс был назван одним из шести руководителей РАО ЕЭС — ликвидированной им государственной электроэнергетической монополии — и российских надзорных органов, которые, по мнению экспертов Ростехнадзора, были причастны к созданию условий для аварии.

 

«Я вообще отвечаю за все, что происходило при мне в отрасли, — заявил в воскресенье Чубайс. — И гибель 75 моих коллег-энергетиков для меня лично — тяжелейшая трагедия».

 

«Не было денег на замену колес»

 

Чубайс подчеркнул, что износ агрегатов станции, ставший одной из предпосылок аварии, был вызван отсутствием средств для ремонта.

 

«Мало известно, но энергетики долгие годы были вынуждены работать с высокими рисками — имеющихся ресурсов хватало лишь на самые критические узлы энергосистемы страны. Остановить Саяно-Шушенскую ГЭС в то время, в условиях роста потребления электроэнергии, и годами дожидаться прихода инвестиций для замены рабочих колес гидроагрегатов — было бы катастрофой для экономики Сибири и миллионов живущих там граждан», — сказал Чубайс.

 

Со времени аварии Саяно-Шушенская ГЭС остановлена, что серьезно увеличивает нагрузку на другие электростанции в Сибири.

Три из 10 ее генерирующих гидроагроагрегатов были полностью уничтожены, а все остальные повреждены. На восстановление станции может уйти несколько лет.

 

Анатолий Чубайс возглавлял РАО ЕЭС с 1998 по 2008 годы, проведя в ней реформу, которая завершилась разделением монополии на большое количество генерирующих и транспортных компаний. Сама корпорация перестала существовать.

 

Источник: BBC Russian

****

 

["Российская газета", 05.10.2009: Как пояснил Кутьин, условия для возникновения аварии были созданы именно во время возгорания на Братской ГЭС. Второй гидроагрегат Саяно-Шушенской ГЭС с момента задания диспетчера и до аварии шесть раз проходил опасную зону работы, когда вибрация превышала все мыслимые нормы. Кроме того, специалисты ведомства обнаружили дефекты на шпильках, которые держали крышку турбины. "Из 49 шпилек на шести нет следов срыва, никаких следов повреждений. То есть на них не было гаек вообще в момент, когда произошла авария", - добавил Николай Кутьин.


Надо сказать, что рассказ об инциденте на Братской ГЭС стал для специалистов настоящим откровением и сенсацией. Как сказал "РГ" директор Фонда энергетического развития России Сергей Пикин, замалчивание пожара на Братской ГЭС выглядит более чем странно. По его словам, о подобных авариях необходимо было бы сообщить немедленно, а не скрывать это от общественности в течение двух месяцев.]

["Московский комсомолец", 04.10.2009: Во всех августовских информационных сообщениях об аварии на Братской ГЭС говорится, что это было всего лишь коротким замыканием на мини-АТС. И через две минуты после того как пожарные расчеты двинулись к месту аварии, “начальник караула ведомственной пожарной команды по охране Братской ГЭС сообщил о том, что произошло короткое замыкание без последующего горения. Расчетам был дан отбой”. И “происшествие на технологический процесс Братской ГЭС не повлияло, выработка электрической энергии и поставка потребителям производились в штатном режиме”.] 

 

****

 

История трех катастроф. Ростехнадзор опубликовал сенсационный отчет об аварии на СШГЭС


"Крупнейшими потребителями электроэнергии Саяно-Шушенской ГЭС были алюминиевые заводы Дерипаски. Ему, под предлогом того, что он оптовый покупатель, киловатты отпускались в разы дешевле, чем населению"

3 октября Ростехнадзор наконец представил итоги своего расследования августовской катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС. Отчет стал настоящей сенсацией - на 141 странице описаны причины аварии, ее весьма интересные подробности, а также названы имена людей, создавших условия для гибели 75 человек. Однако чем больше становится известно про аварию, тем больше возникает новых вопросов. 



Хроника событий


Согласно акту технического расследования причин аварии, представленному в субботу Ростехнадзором, события в Хакасии начали развиваться катастрофически не утром 17 августа, а несколькими часами раньше (в Москве был вечер 16 августа). Причем не на Саяно-Шушенской ГЭС.

В 20:20 по московскому времени на Братской гидроэлектростанции (БГЭС, в Иркутской области) в помещении АТС сработала пожарная сигнализация. Станция практически сразу же оказалась отрезанной от внешнего мира, так как вышли из строя все основные и резервные каналы связи. Кроме того, объединенное диспетчерское управление Сибири не получало никаких данных телеметрии, что усугубляло положение, поскольку БГЭС выполняет регулирующую функцию по распределению электроэнергии в энергосистеме региона.

Диспетчеры не могли управлять ГЭС в течение 40 минут - до 21:00, пока со станции с ними наконец не связались по сотовому телефону. К этому моменту персоналу станции удалось локализовать огонь, однако аварийный режим сохранялся еще в течение 11 часов - до тех пор, пока до конца не восстановили связь и не устранили последствия пожара.

За то время, пока связь с Братской ГЭС отсутствовала, диспетчеры начали перебрасывать нагрузку на Саяно-Шушенскую станцию (СШГЭС). Всего в Сибири три ГЭС, способные выполнять регулирующие функции - Братская, Усть-Илимская и Саяно-Шушенская. Только их технические характеристики соответствуют этим требованиям, и, поскольку на БГЭС начался пожар, функции регулятора перенесли на СШГЭС. Почему не на Усть-Илимскую, которая находится намного ближе, непонятно - в документе Ростехнадзора об этом ничего не говорится.

Так или иначе, СШГЭС, до этого обеспечивавшая лишь 20 процентов регулирования, разом получила 100-процентную нагрузку, так как к ней добавили 80 процентов регулирования основной ГЭС региона - Братской.

В связи с увеличением нагрузки, в 23:14 на Саяно-Шушенской ГЭС, где незадолго до этого проходил плановый ремонт гидроагрегатов, была запущена турбина номер два (всего на СШГЭС 10 гидроагрегатов). До этого она находилась в резерве, и из акта Ростехнадзора неясно, завершился ли ремонт гидроагрегата к моменту его экстренного запуска.

Через 15 минут в работу был введен еще один резервный гидроагрегат - десятый. Таким образом, к 17 августа в работе находились девять из десяти турбин - все, кроме шестой, на которой шел ремонт. Дополнительные нагрузки, выпавшие на станцию, в несколько раз превышали те, что были на ГЭС до этого.

Однако причиной аварии стали не сами по себе гигантские нагрузки, а их переменный характер - по словам главы Ростехнадзора Николая Кутьина, станция находилась в диапазоне от 4200 до 3000 мегаватт. "То есть 1200 мегаватт перебрасывали то вверх, то вниз", - цитирует "Интерфакс" Кутьина. Такой разброс мощности ставит под угрозу нормальную работу гидроагрегата, и в конце концов вторая турбина не выдержала и разрушилась.

Разрушение второго гидроагрегата произошло из-за сильнейшей вибрации (амплитуда колебания турбинного подшипника превысила норму в четыре раза). По словам Кутьина, второй гидроагрегат СШГЭС за то время, когда его в срочном порядке вводили в работу, шесть раз проходил опасную зону работы. (Как объяснил в конце сентября в интервью журналу "Эксперт" бывший консультант компании "Волжский гидроэнергетический каскад" Сергей Чернышев, у турбины есть две зоны скоростных режимов вращения: нижняя и верхняя. "При переходе из одной зоны в другую турбина проходит опасную зону резонансных колебаний. Она должна проходить ее, грубо говоря, дважды за время своего существования - когда ее разгоняют и потом, когда останавливают", - рассказал Чернышев.)

Из-за вибрации возникла усталость металла в узлах крепления гидроагрегата. В первую очередь, это коснулось крышки турбины, где не выдержали крепежные шпильки. В них начали образовываться стремительно увеличивающиеся трещины, в результате чего крышку сорвало и верхняя часть гидроагрегата была разгерметизирована. Вода хлынула в машинный зал, сметая многотонные конструкции из стали и бетона.

Специалисты установили, что усталость металла на крепеже достигала 98 процентов. Из отчета Ростехнадзора также следует, что крепеж был установлен с технологическими нарушениями: на некоторых шпильках отсутствовали гайки.

Ко всему прочему стоит отметить, что завод-изготовитель гидротурбин, смонтированных на СШГЭС, установил срок их службы в 30 лет. На момент аварии срок эксплуатации второй гидротурбины составлял 29 лет и 10 месяцев. 

 

Во всем виноват...


Наряду с техническими выводами Ростехнадзор публикует в своем отчете имена людей, халатность, технические и организационные просчеты которых так или иначе стали причиной аварии. Они поделены на две группы: в первой шесть имен (по мнению Ростехнадзора, их действия способствовали возникновению аварии), во второй девятнадцать (они несут постоянную ответственность за предотвращение инцидентов на СШГЭС).

Имена названы не просто известные, а очень громкие. В первую очередь бросается в глаза упоминание в отчете прекрасно известного каждому россиянину Анатолия Чубайса, который ныне возглавляет госкорпорацию "Роснано".

В 2000 году, будучи председателем правления РАО "ЕЭС России", Чубайс утвердил акт о приеме ГЭС в промышленную эксплуатацию ("Саянку" окончательно ввели в строй лишь в конце XX века, хотя начали возводить еще в 1963 году). В вину Чубайсу ставится также то, что в последующие годы не были выполнены мероприятия по безопасной эксплуатации СШГЭС: в частности, не был построен остро необходимый дополнительный водосброс и не заменены рабочие колеса на гидроагрегатах.

Однако Чубайс стоит в списке Ростехнадзора лишь третьим - впереди него идут действующий замминистра энергетики РФ Вячеслав Синюгин и гендиректор ОАО "ТГК-1" Борис Вайнзихер.

Синюгин в 2001-2004 годах работал заместителем Чубайса, а затем руководил ОАО "ГидроОГК" (прежнее название "РусГидро"). По данным "Ростехнадзора", именно он вывел ремонтный персонал из штатного расписания ГЭС, не внеся при этом в договоры ремонта и обслуживания требования о регулярном контроле технического состояния основного оборудования. Кроме того, он (как и Чубайс) причастен к тому, что состояние безопасности СШГЭС не получило реальной оценки. Не начатое строительство дополнительного водосброса и замена рабочих колес на гидроагрегатах, по мнению ведомства Кутьина, также на его совести.

О Вайнзихере написано меньше - он в 2005-2008 годах был техническим директором РАО "ЕЭС России", совмещая в течение двух лет эту должность с постом гендиректора ОАО "Силовые машины" (той самой компании, которая построит новые гидроагрегаты для СШГЭС). В отчете говорится, что он отвечал за введение в действие стандартов РАО "ЕЭС России", которые не обеспечили безопасную эксплуатацию ГЭС.

Еще один человек, несущий ответственность за то, что на ГЭС не были приняты меры по безопасной эксплуатации - это руководитель дивизиона "Юг" "РусГидро" Валентин Стафиевский, который в течение 23 лет был главным инженером "Саянки".

Предпоследним в "малом" списке Ростехнадзора идет председатель Центральной комиссии по приемке в эксплуатацию СШГЭС Анатолий Дьяков, который, несмотря на все недостатки и нарушения, принял ГЭС в эксплуатацию с оценкой "хорошо".

И, наконец, последнее (возможно, самое главное) имя - бывший министр энергетики РФ Игорь Юсуфов, который сейчас работает в МИД. Ни много ни мало, Ростехнадзор обвиняет Юсуфова в том, что он не создал механизмов реального государственного контроля и надзора за безопасной эксплуатацией объектов энергетики, а также (sic!) "не обеспечил разработку и принятие основ государственной политики в области безопасной эксплуатации объектов энергетики, способствовал передаче контрольных функций от государства эксплуатирующим организациям без принятия решений о повышении их ответственности за энергетическую безопасность РФ".

Среди 19 других фамилий (тех, кто был обязан предотвратить аварию) есть не менее любопытные. В первую очередь, это руководители станции и топ-менеджеры "РусГидро". Среди них директор СШГЭС Николай Неволько, главный инженер Андрей Митрофанов, его заместители Евгений Шерварли и Геннадий Никитенко, начальник службы мониторинга оборудования Александр Матвиенко, начальник оперативной службы Игорь Погоняйченко, начальник производственно-технической службы Александр Пересторонин, начальник службы надежности и техники безопасности Николай Чуричков, начальник службы технологических систем управления Андрей Чупров, а также исполняющий обязанности начальника штаба ГО и ЧС службы экономической безопасности и режима Михаил Чиглинцев.

Последний отличился тем, что во время аварии уехал со станции на своем автомобиле, не организовав работу по ликвидации последствий аварии. Примеру Чиглинцева последовали Матвиенко и Чуричков. Директора ГЭС Неволько на станции вообще не было.

Кроме того, в список, который со временем может стать "черным", попал глава "РусГидро" Василий Зубакин. Ему вменяется пять нарушений федерального законодательства, в том числе закона о защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

Помимо Зубакина в перечень попали член правления "РусГидро" Борис Богуш, его заместитель, директор по эксплуатации "РусГидро" Тимур Юсупов, начальник департамента технической инспекции компании Николай Дорофеев, начальник департамента эксплуатации и управления режимами Тимур Хазиахметов, глава департамента планирования ремонтов, технического перевооружения и реконструкции Роман Клочков, а также бывший гендиректор Саяно-Шушенской ГЭС Александр Толошинов и замглавы управления Ростехнадзора по Сибирскому федеральному округу Анатолий Коновалов.

Самая любопытная фамилия (как и в случае с Юсуфовым) оказалась в самом конце. Последним в списке Ростехнадзора значится обвиняемый во взяточничестве бывший глава Сибирского управления Ростехнадзора Леонид Баклицкий. На него ложится ответственность за ненадлежащее проведение проверки Саяно-Шушенской ГЭС, которая состоялась в июне 2008 года.

Безусловно, вина всех вышеперечисленных чиновников не равнозначна. С одной стороны, речь идет о "чинах", которые занимались государственной политикой в области энергетики и подписывали бумаги на последней стадии - то есть, фактически были лишь отдаленно связаны с происходящим на станции. И с другой - о людях, которые непосредственно отвечали за безопасность своих сотрудников и на которых теперь всю жизнь будет лежать вина - доказанная в суде или нет - за гибель десятков людей.

На крупнейшей в России ГЭС по преступной халатности не оказалось необходимых мер защиты; на ней использовалось не защищенное от влаги и пыли оборудование; кроме того, на ней не было необходимых средств индивидуальной защиты.

К огромному числу жертв привело то, что в помещениях, расположенных под машинным залом, просто-напросто не было эвакуационных выходов на отметку, не подвергаемую затоплению. Людям, попавшим в ловушку из воды и бетона, элементарно некуда было деваться.

Сам персонал ГЭС оказался не готов к такому развитию событий и не знал, что делать. Началась паника. На станции в момент аварии находились около 300 человек, 75 из которых погибли на рабочем месте.

 

Секретная авария


Представляя журналистам отчет Ростехнадзора, Николай Кутьин рассказал, что авария на Саяно-Шушенской ГЭС была не единственной в своем роде - оказывается, четверть века назад у нее был брат-близнец. Дело происходило в 1983 году на Нурекской ГЭС в Таджикистане. На станции точно так же, как и в Хакасии, сорвало шпильки креплений с крышек гидроагрегатов, в результате чего произошла аналогичная авария.

Тогда министерство энергетики СССР засекретило информацию об аварии, и материалы о ней не попали к специалистам, которые теоретически могли не допустить повторения тех событий. К чести Ростехнадзора, на сей раз данные об аварии были опубликованы, хоть и с месячной задержкой. При этом с результатами работы комиссии по расследованию причин аварии может ознакомиться любой желающий - отчет выложен в свободном доступе в интернете.

Тем не менее, остается много вопросов. Во-первых, непонятно, какие действия будут предприняты после того, как стали известны имена тех, кого считают виновными в аварии на СШГЭС. Если деятельность всех обозначенных выше персонажей останется без правовой оценки, возникнет вопрос о том, кому и зачем надо было поднимать их имена.

Во-вторых, совершенно неясно, что произошло на Братской ГЭС, спровоцировавшей аварию в Саянах. Не стыкуются две вещи - если в течение 40 минут со станцией не было вообще никакой связи (для такого гигантского сооружения это практически немыслимо), то почему в сообщении иркутского МЧС инцидент с пожаром описывается как ничего не значащий эпизод? Если "происшествие на технологический процесс Братской ГЭС не повлияло", зачем надо было перекидывать всю (!) нагрузку с нее на несчастную "Саянку"?

Третий вопрос самый важный, но одновременно самый бессмысленный: сколько еще катастроф должно произойти, чтобы в России начали думать о безопасности предприятий, большинство из которых как были построены во времена СССР, так там и остались?

Ярослав Загорец

Источник: Lenta.ru, 04.10.2009