Политика
04.08.2008

Баллада об "Антикваре"

Баллада об "Антикваре"
  • "Тайный советник" (Петербург), №11, 15.08.2000
Авторитет Илья Трабер, следователь Борис Шариков и офицер КГБ Виктор Корытов
В представлении большинства антикварный бизнес - дело тихое, малозаметное, от страстей далекое. В принципе, в Ленинграде, а потом и в Петербурге так оно и было. Но в 1992 году случилось невероятное. Один из самых громких скандалов того времени разразился именно на антикварном рынке и именно в нашем городе.

Так мы узнали про первого антикварного авторитета Петербурга - Илью Ильича Трабера.

Реставрационно-коммерческий центр "Антиквар" был создан в декабре 1991 года решением исполкома Ленсовета. Его учредителями выступили Главное управление имуществ исполкома, городское отделение фонда культуры, коммерческий Банк социального развития и реконструкции, а также малое предприятие "Петербург". Вскоре соучредителем "Антиквара" стало Министерство культуры РСФСР.

Малое предприятие "Петербург" создали Ленкомиссионторг и кооператив "Русь". Директором "Руси" был Илья Трабер, он же и возглавил "Антиквар". Заместителем директора "Антиквара" по коммерческой части стал бывший арбитражный судья Борис Шариков.

В 1992 году оба они прославились трогательно-простыми способами ведения конкурентной борьбы. Для полной монополии на рынке антиквариата Петербурга Траберу мешал магазин по торговле антиквариатом, расположенный на Наличной улице.

Точнее, Илье Ильичу мешал не сам магазин, а тот факт, что принадлежал он не ему, а НПО им. Вучетича. Глава "Антиквара" решил сие досадное недоразумение исправить.

Вопрос о передаче в собственность "Антиквару" злополучного магазина на Наличной улице решался на уровне первых лиц нашего города. Свои усилия к этому приложили столь разные люди, как тогдашние мэр Анатолий Собчак, начальник уголовного розыска Виктор Егоршин, депутат Ленсовета Валентин Добриков, список можно было бы продолжить.

Даже в газетах писали о том, как Анатолий Собчак, не скрываясь от телекамер, принимал от Ильи Трабера в качестве скромных подарков произведения искусства. А Людмила Нарусова довольно часто посещала салоны "Антиквара", причем господин Трабер регулярно перечислял некие суммы на благотворительную программу "Хоспис", которую курировала жена Собчака.

А Анатолий Александрович позаботился о том, чтобы у "Антиквара" была поддержка Министерства культуры РСФСР, которое по его ходатайству вошло в состав учредителей "Антиквара".

Глава питерского уголовного розыска Виктор Егоршин добивался передачи "Антиквару" злополучного магазина на Наличной другим способом. В своем письме председателю Совмина РСФСР товарищу Силаеву он сетовал на засилье "уголовно-преступного элемента, спекулянтов и перекупщиков" у входа в данный магазин. По мнению милицейского генерала, бороться с пресловутым "элементом" можно было только путем передачи магазина в собственность Трабера, а никак не усилиями подчиненных ему сотрудников уголовного розыска.

Депутат Ленсовета Валерий Добриков фактически представлял интересы Ильи Трабера в городской законодательной власти. Еще тогда, в 1992 году, крупные городские газеты писали о том, как Добриков ухитрялся от имени всего Ленсовета подписывать некоторые документы, связанные с центром "Антиквар". Кроме того, Валерий Добриков лично носил наиболее значимые для борьбы "Антиквара" за магазин на Наличной документы из одной высокой инстанции в другую.

В общем, высокопоставленных друзей у Ильи Трабера уже тогда было много, написать о каждом из них в рамках одной главы не так-то просто. Зато полезно упомянуть об одной странной закономерности. Создается впечатление, будто всех тех, кто помогал "Антиквару", преследует злой рок.

Бывший мэр Петербурга Анатолий Собчак сначала вынужден был жить за границей, потому как боялся подвергнуться в России уголовному преследованию, а потом умер при весьма загадочных обстоятельствах.

Виктор Егоршин был со скандалом уволен из милиции, после чего возглавил службу безопасности банка "Петровский".

Депутат Ленсовета Валерий Добриков собрался открыть собственную антикварную фирму, которая могла бы составить конкуренцию "Антиквару" Трабера. Когда до реализации этой идеи осталось совсем чуть-чуть, он погиб в автомобильной катастрофе.

Вот так к 1993 году Илья Трабер стал одной из крупнейших фигур на петербургском рынке антиквариата. Практически каждая связанная с антиквариатом крупная контрабандная операция тех времен имела, по словам некоторых сотрудников ФСБ, "траберовскую ниточку". Но ни разу не было достаточных оснований привлечь нашего героя к уголовной ответственности.

Впрочем, на рынке антиквариата Илье Траберу довольно быстро стало тесно.

В феврале 1993 года в Петербурге появилось Информационно-юридическое бюро "Петер", соучредителями которого стали три друга: Илья Трабер, Виктор Корытов и Борис Шариков. Именно благодаря Виктору Корытову и Борису Шарикову наш герой добился лидирующего положения в городском антикварном бизнесе. Фактически эти люди составляли в тот период неформальную команду человека, стремившегося завоевать антикварный Петербург.

Вот, что нам удалось про них узнать.

Правая рука Ильи Ильича - Виктор Борисович Корытов. Этот человек - безусловная примета своего времени. Бывший кадровый офицер КГБ, работавший по линии контрразведки, он в начале 90-х годов уволился "по собственному желанию" и начал активно заниматься бизнесом.

За весьма короткий срок он стал соучредителем как минимум пяти коммерческих структур, в том числе им же возглавляемого одного из самых мощных в Петербурге охранного предприятия "ВИАБ" (другим соучредителем которого является его патрон Трабер).

Виктор Борисович стал работать на Трабера практически сразу после увольнения из органов и взялся за обеспечение всех аспектов безопасности нелегкой деятельности своего шефа.

Как-то главный советский чекист Дзержинский сказал: "Отсутствие вашей судимости - не ваше достоинство, а наша недоработка". Виктор Корытов отлично усвоил этот простой принцип и всегда работал на опережение, благодаря своим великолепным связям в питерском УФСБ и через него - практически во всех оперативных правоохранительных структурах нашего города.

Достаточно сказать, что в далеком 1991 году старшего лейтенанта Корытова отговаривал увольняться всегда симпатизировавший молодому оперативнику начальник одного из отделов службы кадров УКГБ Александр Григорьев. В октябре 1998 года генерал-лейтенант Григорьев стал начальником Управления ФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Кроме того, старым приятелем Корытова является его бывший коллега по контрразведывательной деятельности, нынешний Президент Владимир Путин.

Кроме того, именно Путин, занявший в 1991 году пост председателя Комитета по внешним связям петербургской мэрии в качестве действующего резерва ФСБ, свел Трабера с Анатолием Собчаком. До самого последнего момента Путин пользовался у бывшего мэра практически безграничным доверием, так что благодаря боевому прошлому своего "заместителя" Виктора Корытова Илья Трабер обзавелся одним из своих самых серьезных на тот момент покровителей.

А отсутствие судимостей у Ильи Трабера, по оценкам многих сотрудников правоохранительных органов, не его достоинство, а недоработка силовых структур, во многом обусловленная (в широком смысле этого слова, не следует все сводить к банальным взяткам) грамотной деятельностью Виктора Корытова и другого "заместителя" Ильи Ильича - Бориса Шарикова.

Борис Глебович начинал свою карьеру в правоохранительных органах следователем прокуратуры Смольнинского района Петербурга, потом перевелся в городскую прокуратуру, откуда, поднявшись до заместителя начальника следственной части, со скандалом уволился в 1990 году.

Тогдашний заместитель начальника следственной части городской прокуратуры Валентина Корнилова характеризует Шарикова как человека талантливого, неординарного, но ленивого. Избавиться от Бориса Глебовича она решила после того, как слишком часто оказывалась перед фактом, что в рабочее время его нет на рабочем месте. А однажды случилось ужасное.

Следователь Шариков потерял ключ от своего сейфа, а сам сказался больным. Валентина Корнилова вынуждена была вскрывать сейф с помощью "медвежатника", где с ужасом обнаружила целую пачку просроченных нерасследованных уголовных дел, о существовании которых все уже забыли. Эта находка стала решающей в судьбе Бориса Глебовича, он уволился из прокуратуры "по собственному желанию", после чего продолжил свою трудовую карьеру в Арбитражном суде.

Но и там Шариков продержался недолго, говорят, прокурорская история повторилась один к одному. Он так же довольно быстро продвинулся по служебной лестнице, достигнув должности помощника главного арбитра, после чего вновь поругался с начальницей, которая высказывала недовольство его нерасторопностью и, соответственно, затягиванием сроков рассмотрения арбитражных дел.

Кроме того, уже после увольнения ("по собственному желанию", естественно) коллеги Шарикова обнаружили за шкафом в его рабочем кабинете около десятка старых нерассмотренных арбитражных дел! Впрочем, что касается последнего факта, то нам даже трудно сказать - это легенда, обусловленная имиджем Бориса Глебовича, или же подлинная история.

Так или иначе, в какой-то момент, видимо, решив, что с государственной службой пора кончать, Борис Глебович занялся бизнесом. Уже в 1992 году он стал заместителем директора реставрационно-коммерческого центра "Антиквар" по коммерческой части. Директором центра был, напомним, Илья Трабер.

Сейчас Илья Трабер и приближенные к нему бизнесмены от антиквариата также далеки, как и большинство других крупных финансистов Петербурга. Для них это - история. Для нас - тоже. А для антикварного рынка Петербурга это - переломный этап, хотя и не отличающийся оригинальностью. В начале 90-х годов через такое прошли все без исключения крупные секторы рынка нашего города.