Спецслужбы
16.06.2009

Показания Александра Бастрыкина. "Были ли случаи, когда я вам передавал деньги?"

Показания Александра Бастрыкина. "Были ли случаи, когда я вам передавал деньги?"
  • Текст и фото "Ъ"

    Александр Бастрыкин покидал Мосгорсуд с чувством выполненного долга. Незадолго до того его охрана жестко пресекла попытку сфотографировать свидетеля в самом суде. Зажав рукой объектив, ее сотрудник отвернул камеру в сторону и держал до тех пор, пока господин Бастрыкин не удалился
Свидетель Дмитрий Довгий опросил начальника Следственного Комитета
Заместитель генерального прокурора России Александр Бастрыкин стал первым из высокопоставленных прокурорских работников страны, вызванных и явившихся в суд в качестве свидетеля. Он был допрошен вчера на процессе по делу бывшего руководителя главного следственного управления следственного комитета при прокуратуре РФ Дмитрия Довгия, обвиняемого в получении взятки в размере €750 тыс.

["Ведомости", 16.06.2009: "Довгий был арестован летом прошлого года по обвинению в получении взятки в 750 000 евро от совладельца Социнвестбанка Руслана Валитова. Ранее весной он был уволен приказом Бастрыкина и дал интервью, в котором заявил, что дела в отношении экс-замминистра финансов Сергея Сторчака и генерала ФСКН Александра Бульбова были возбуждены без серьезных оснований под давлением председателя СКП. Вчера в суде Бастрыкин сообщил, что давления по этим делам он не оказывал и разногласий по ним с Довгием у него не было, не считая одного эпизода дела Сторчака. Речь идет о погашении долга бывшего СССР Кувейту — этот эпизод изначально фигурировал в обвинениях, но Довгий выражал сомнение в его обоснованности, заявил Бастрыкин. Однако это обвинение не было «фантазией Бастрыкина», оно было в поступивших к нему материалах Счетной палаты за подписью Сергея Степашина, сказал председатель СКП. Источник в Счетной палате сообщил, что ни в СКП, ни в Генпрокуратуру материалы по этому эпизоду не направлялись. Впрочем, осенью прошлого года кувейтский эпизод был изъят из обвинения Генпрокуратурой и в деле Сторчака не фигурирует." - Врез ИА "Руспрес"]

Своего бывшего подчиненного он охарактеризовал как хорошего работника, которому довольно долго "полностью доверял". Сомнения же в порядочности и профессионализме господина Довгия появились после того, как тот собрался освободить бывшего вице-президента ЮКОСа Василия Алексаняна.

На допросе Александра Бастрыкина еще в ходе следствия настаивала защита Дмитрия Довгия, однако тогда адвокатам в этом было отказано. Не заявлялся он изначально свидетелем и со стороны обвинения. Понятно, что появление господина Бастрыкина в суде — это своего рода прецедент. Вместо прокурорских чиновников такого уровня в суды, как правило, ходят их представители или не ходит вообще никто. Однако на многих громких процессах стороны хотели бы видеть в суде в качестве свидетелей их лично, и теперь, ссылаясь на прецедент, добиваться этого будут еще настойчивее. Тем не менее глава следственного комитета при прокуратуре РФ появился в Мосгорсуде. Но началось вчерашнее заседание не с него, а с шести деревянных коробок вина Barolo, предъявленных присяжным.

Так гособвинение решило наконец опровергнуть главный довод защиты господина Довгия. Напомним, что, по версии обвинения, именно в коробках из-под Barolo в 2007-2008 годах предприниматель Руслан Валитов передал две взятки на общую сумму €750 тыс. бывшему начальнику отдела следственного управления Главной военной прокуратуры РФ Андрею Сагуре — якобы для Дмитрия Довгия. Последний же за крупную взятку, по версии того же следствия, прекратил в отношении господина Валитова уголовное дело о легализации имущества "Томскнефти", добытого преступным путем. Тогда защита господина Сагуры предъявила справки из магазина "Коллекция вин" и от поставщиков данного вина, в которых сообщалось, что Barolo в деревянной таре ими не продается, а значит, в коробке из-под него не могло быть и взятки.

Свои шесть коробок с Barolo обвинение принесло из другого магазина — "Мир вин". Несмотря на то что адвокаты подсудимых протестовали, пытаясь объяснить, что предполагаемый взяткодатель Валитов покупал Barolo именно в "Коллекции вин", коробки в качестве доказательства были приобщены к делу.

Когда их демонстрировали коллегии присяжных, одна из присяжных в шутку спросила: "А можно продегустировать?" Но ей отказали, в том числе и потому, что обвинение обещало вернуть дорогой вещдок (стоимость бутылки от 40 тыс. до 70 тыс. руб.) в магазин.

Тут же, как бы развивая успех, обвинитель из Генпрокуратуры Мария Семененко попросила вызвать в зал "еще одного свидетеля — Александра Бастрыкина". О том, что тот уже ждет за дверью, похоже, не знал даже председательствующий на процессе Дмитрий Фомин. "А он что... пришел?" — переспросил судья и тут же удовлетворил ходатайство.

Заняв место на трибуне рядом с судьей, господин Бастрыкин рассказал, что с Дмитрием Довгием познакомился еще в 2001 году, когда того ему порекомендовало взять на работу в милицию Северо-Западное управление Минюста. За все последующие семь лет совместной работы — в главном управлении МВД РФ по Центральному федеральному округу, в Генпрокуратуре, в следственном комитете — никаких претензий к подчиненному у господина Бастрыкина не было: "Работал хорошо, пользовался моим полным доверием".

Впрочем, на этом похвалы в адрес господина Довгия закончились, и его бывший шеф перешел к негативу. Он рассказал о шокировавшем его рапорте следователя Зигмунда Ложиса, который вдруг "изложил свои подозрения о том, что Довгий недобросовестно исполняет свои обязанности, предвзято оценивает ситуацию по делу ("Томскнефти".— "Ъ") и у него есть некая заинтересованность". Также выяснилось, что до этого у господина Бастрыкина с начальником главного следственного управления "были еще два эпизода, которые его насторожили". Первый связан с тем, что Дмитрий Довгий, не посоветовавшись со своим начальником, собрался освободить под залог в октябре 2007 года бывшего вице-президента ЮКОСа Василия Алексаняна, обвиняемого в "хищении акций и имущества "Томскнефти" на сумму более 12 млрд руб.", а также в "уклонении от уплаты налогов" (господин Алексанян был освобожден только в декабре 2008 года под залог Мосгорсудом). В начале же 2008 года господин Довгий написал письмо на имя министра внутренних дел Рашида Нургалиева с просьбой доставить из Читы материалы по делу ЮКОСа.

— Это нарушение иерархии, и его оправдания о том, что он якобы не смог мне дозвониться, не соответствуют действительности — мой мобильный телефон включен 24 часа в сутки,— заявил Александр Бастрыкин.

Рапорт же "постороннего человека", так господин Бастрыкин назвал следователя Ложиса, стал для председателя следственного комитета последней каплей. Вызвав Дмитрия Довгия к себе в кабинет и ознакомив с рапортом, господин Бастрыкин отстранил его от работы и назначил служебную проверку, которая впоследствии привела к увольнению начальника главного следственного управления.

Окончательно сомнения относительно своего протеже утвердились в сознании Александра Бастрыкина после того, как он узнал из неких "посторонних источников" о переводе обвиняемого Владимира Барсукова ("авторитетного" питерского предпринимателя, которому инкриминируют организацию многочисленных рейдерских захватов) из московского СИЗО в санкт-петербургское.

— И это при том, что была принципиальная позиция его не возвращать,— отметил господин Бастрыкин.

Правда, позже, отвечая на вопросы адвокатов подсудимых, он признал, что в момент вынесения соответствующего постановления по обвиняемому Барсукову господин Довгий уже был отстранен от исполнения своих обязанностей, но на коллегиальном совещании на эту тему присутствовал и против "принципиальной позиции" ничего не возразил.

У подсудимого Сагуры вопросов к Александру Бастрыкину не оказалось.

— Александр Иванович, я заранее извиняюсь за столь щекотливый вопрос, но не задать его не могу,— сказал тогда защитник господина Сагуры Роберт Зиновьев.— Получали ли вы определенные денежные суммы за время работы с Довгием?

— Я категорически отрицаю причастность к коррупционным действиям,— ответил господин Бастрыкин.— Если бы не прочитал стенограмму переговоров Дмитрия Павловича (видимо, Довгия с Валитовым.— "Ъ"), я бы не поверил в его причастность к коррупции и сейчас.

— Были ли случаи, когда вы мне или я вам передавал деньги? — спросил, в свою очередь, у свидетеля Дмитрий Довгий.

Очевидно, он пытался опровергнуть показания предпринимателя Валитова о том, что переданные в главное следственное управление взятки "уходили наверх".

— Не было такого,— отрицал Александр Бастрыкин какие-либо финансовые отношения со своим подчиненным.

А когда господин Довгий напомнил бывшему шефу о том, что докладывал о жалобах на бывших следователей по делам "Томскнефти" и ЮКОСа Радмира Хатыпова и Алексея Николаева, которые якобы были замешаны в коррупции, Александр Бастрыкин сказал, что этого разговора не помнит. Правда, признал, что "по поводу Хатыпова советовался в кулуарах Генпрокуратуры". В результате следователя Хатыпова уволили, а прикомандированного к Генпрокуратуре следователя Николаева вернули на место прежней службы в Мордовию.

Затем Дмитрий Довгий сообщил, что предполагаемый взяткодатель Валитов на похищенные у "Томскнефти" деньги купил Инвестсоцбанк. По его словам, этот банк находится "под контролем СВР" (Службы внешней разведки) и именно это обстоятельство, а не якобы данная взятка позволило господину Валитову избежать ареста.

— Александр Иванович, а у нас в следственном комитете работают люди из СВР? — спросил у свидетеля Бастрыкина подсудимый, развивая свою мысль о заинтересованности спецслужб в его деле.

— Начальником одного из наших управлений является бывший сотрудник СВР Михаил Ядров,— признал господин Бастрыкин (но к делу "Томскнефти" он не имел отношения, отвечая в комитете за международные связи).

Тогда господин Довгий изложил свою версию событий с Василием Алексаняном. По его словам, после рекомендации Евросуда по правам человека об изменении меры пресечения больному раком и ВИЧ господину Алексаняну "все (руководители следственного комитета.— "Ъ") были не против, но потом неожиданно дали задний ход". По словам господина Довгия, Василию Алексаняну предложили сделку — свободу в обмен на показания на Михаила Ходорковского, но бывший вице-президент ЮКОСа от нее отказался и поэтому еще долго находился под стражей. Развить эту тему подсудимому не дал судья Фомин, попросив задавать конкретные вопросы свидетелю, а их у Дмитрия Довгия больше не оказалось.

Адвокаты господ Довгия и Сагуры вызов в суд господина Бастрыкина назвали "приятной неожиданностью". По словам защитника Юрия Баграева, представляющего интересы Дмитрия Довгия, Александр Бастрыкин, вызванный в последний день судебного следствия, был призван поддержать разваливающееся обвинение и произвести определенное впечатление на присяжных. "Но его показания в суде в большей степени на руку защите, а не вызвавшей его стороне обвинения",— отметил адвокат Баграев.

В среду в Мосгорсуде начнутся прения сторон.

Олег Рубникович


****

Дмитрий Довгий - из любимчиков в арестанты.
"Бастрыкин предупреждал, что Генпрокуратура прослушивает все здание СКП РФ в Техническом переулке. Ну, у меня в кабинете была глушилка"

Бывший руководитель Главного следственного управления (ГСУ) СКП РФ Дмитрий Довгий, обвиняемый в получении взятки от бизнесмена Руслана Валитова, закончил давать показания в Мосгорсуде. За рамками этого громкого процесса остались события, предшествовавшие увольнению и аресту Довгия. Собеседник «Росбалта» в СКП РФ согласился рассказать, как и почему главный следователь страны оказался в опале. По его версии, Довгий поплатился за попытку вмешаться в одно из уголовных дел, связанных со скандально известным бизнесменом из Санкт-Петербурга Владимиром Барсуковым (Кумариным).

Как признался на суде сам Дмитрий Довгий, с Александром Бастрыкиным он знаком уже 12 лет. Когда в 2007 году последнего назначили главой СКП РФ, Довгий тоже перешел на работу в это ведомство, где ему почти сразу было предложено возглавить ГСУ. «Я отказывался, поскольку следственного опыта у меня не было, но Бастрыкин настоял, сказав, чтобы я во всем советовался с ним, – отметил на процессе Довгий. – Уже потом я понял: он надеялся, что я буду выполнять все его указания».

По словам собеседника «Росбалта», на работу в ГСУ категорически отказались брать значительную часть следователей, долгое время работавших в системе прокуратуры и имевших большой опыт. «По этому факту Генпрокуратура даже провела служебную проверку, но натолкнулась на «непробиваемую стену» в лице Владимира Максименко», — отметил источник агентства.

Замначальника управления «М» ФСБ Владимир Максименко в 2007 году был откомандирован на работу в СКП РФ, где возглавил Управление собственной безопасности. «Проверяющим из Генпрокуратуры он заявил, что профессионалы не попали на работу, поскольку на них имелась негативная оперативная информация. А раскрывать ее он отказался, сославшись на секретность».

Те же следователи, что все же сумели устроиться на работу в ГСУ, по их словам, оказались сразу под двойным контролем. Во-первых, по любому поводу служебные проверки проводило УСБ. «А потом еще нас под свою опеку взяло и правовое управление СКП РФ, — вспоминает источник. – Оно распорядилось, чтобы в конце каждого рабочего дня следователи заполняли бланки о проделанной за сутки работе. Там должны были быть отражено все: допросы, очные ставки, обыски и т.д. Потом представители правового управления пытались проверить, выполнялись ли указанные действия. В частности, они могли посмотреть протокол допроса или заглянуть в само уголовное дело, что уже является вмешательством в работу следователя и нарушением российского законодательства».

Как отмечает собеседник «Росбалта», Дмитрий Довгий на все это смотрел спокойно, в действия ни УСБ, ни правового управления СКП РФ не вмешивался. «Он почти каждый вечер ходил в кабинет Бастрыкина, они подолгу там что-то обсуждали, отношения у них были отличными».

В интервью «МК», которое Довгий дал уже после своего увольнения, он  рассказал, что ему приходилось по распоряжению Александра Бастрыкина заниматься возбуждением уголовных дел без каких-либо оснований. В частности, таким образом, по его словам, были возбуждены уголовные дела в отношении заместителя министра финансов Сергея Сторчака, который обвиняется в покушении на хищение $43 млн (путем мошенничества, совершенного организованной группой лиц) , а также генерала ФСКН Александра Бульбова (арестован по обвинению в превышении должностных полномочий и незаконном прослушивании телефонных переговоров).

На суде Дмитрий Довгий заявил, что якобы неоднократно жаловался на подобные незаконные распоряжения Бастрыкина в Генпрокуратуру. Но сразу несколько собеседников «Росбалта» в СКП РФ заявили, что не могут вспомнить ни одного подобного случая. Потому, возможно, что, как заявил сам Довгий, жалобы были «секретными».

[Газета.Ру, 28.05.2009: Довгий рассказал, что, еще работая в комитете, жаловался в Генпрокуратуру на «грязные технологии» своего начальника в расследовании дел. «Я понял, что прокурорский надзор за СК необходим. Чайке же был выгоден мой конфликт с Бастрыкиным, Генпрокуратура могла извлечь из этого выгоду. Поэтому, когда я обратился туда с секретной жалобой по ряду подписанных Бастрыкиным постановлений, которые я счел незаконными, они меня уже знали и ни о каких взятках речи не шло», – сказал Довгий. Он добавил, что прокурорские проверки по его жалобам проводились, но о результатах ему не сообщали. В ходе допроса обвиняемый рассказал, что Бастрыкин предупреждал его, что Генпрокуратура прослушивает все здание СКП РФ в Техническом переулке. «Поэтому, когда мы с ним разговаривали в его кабинете, он всегда громко включал телевизор. Ходили слухи, что прослушивается вообще все здание. Ну, у меня в кабинете была глушилка, которую я тоже включал в случае необходимости», – рассказал Довгий. - врезка К.Ру]

Следователи также жаловались на Довгия руководству СКП РФ, особенно часто это делал Сергей Чернышев, расследовавший дело по банку «Траст». «Довгий постоянно давил на Чернышева, требовал от него принять то или иное решение, — отмечает источник «Росбалта». — В частности, фигурант дела продал акции одного из банков другим акционерам и получил на свой счет деньги. В целях возмещения причиненного ущерба Чернышев наложил на них арест. Довгий же стал требовать ареста еще и всех акций, находившихся на Кипре. Он заставил Чернышова вынести соответствующие постановление, а потом получить решение Басманного суда, которое и было отправлено на Кипр».

По словам источника агентства, Довгий часто принимал личное участие в допросах и очных ставках, которые проводил Чернышев, делая странные намеки обвиняемым. Но руководство СКП на жалобы следователя не реагировало, Довгий продолжал быть частым гостем в кабинете Бастрыкина и чувствовал себя вполне уверенно.

Как отметил собеседник агентства, в конце 2008 года в приемную СКП РФ поступило пять заявлений от граждан о сомнительных действиях ГСУ по делам, связанным с банком «Траст». «Заявления официально были зарегистрированы как одно, однако проверка велась по всем пяти. В результате следователь Ширани Эльсултанов отказал в возбуждении дела по фактам, изложенным в этих документах. Довгий к подобным проверкам продолжал относиться спокойно, по-прежнему оставаясь на хорошем счету у Бастрыкина».

Стремительная карьера Дмитрия Довгия, как рассказал источник «Росбалта», разрушилась буквально за неделю. В производстве следователя Зигмунда Ложиса находилось уголовное дело в отношении руководителя фирмы «Петро-Юнион» Ильи Клигмана, который в материалах следствия значится как «теневой» бухгалтер Владимира Кумарина.

«6 марта 2008 года сотрудники оперативно-следственной группы по делу Клигмана принесли Зигмунду Ложису записи телефонных переговоров, сделанные на законных основаниях, – рассказал собеседник «Росбалта». — Записи содержали, в частности, беседу Дмитрия Довгия с родственником Клигмана, в ходе которой велось обсуждение  различных подробностей дела.

Потом этот же родственник рассказывал другому собеседнику, что за освобождение Клигмана из-под стражи было запрошено $1,5 млн. Кроме того, по его словам, половина этой суммы уже передана прямо в здании СКП РФ».

По словам источника агентства, Ложис доложил обо всех этих фактах руководству, а УСБ запросило данные из бюро пропусков СКП. «Из полученной информации следовало, что в конце февраля родственник Клигмана трижды приходил на прием к Довгию». Однако, как отмечает собеседник «Росбалта», сам начальник ГСУ заявил, что ничего криминального он не совершал, а просто общался с родственником обвиняемого, что законом не запрещено.

Возможно, и в этот раз скандал удалось бы замять, если бы к оперативникам не поступила новая информация. Как уже сообщал «Росбалт», им стало известно, что сторонники Кумарина разработали несколько вариантов его освобождения, в том числе побега. Им требовалось только одно — чтобы бизнесмена доставили в Санкт-Петербург. В этот момент подчиненные Довгия начали настаивать на перевозке Кумарина из столичного СИЗО «Матросская тишина» в Северную столицу для ознакомления с материалами дела.

«Все прекрасно знали, на каком уровне принимались решения по Кумарину, – отметил собеседник агентства. – Поэтому попытка вести вокруг этих расследований закулисные игры была равноценна самоубийству».

По словам источника, информация оперативников быстро попадала в Кремль, поэтому помочь Довгию уже никто не был способен. «Бастрыкин тогда прекратил с ним практически всякое общение». Более того, следователи Ложис и Чернышев написали два заявления в службу безопасности президента.

«Ложис привел в своем обращении материалы по «прослушкам», в заявлении Чернышева ни о каких взятках ничего не говорилось, – отметил собеседник «Росбалта». — Там приводились факты вмешательства Довгия в работу следователя». В результате ход дали именно заявлению Чернышева, в отношении начальника ГСУ была назначена служебная проверка, а 20 марта Довгий приказом Бастрыкина был временно отстранен от работы. Тогда же, по данным нашего источника, было отменено «отказное» постановление Эльсултанова по пяти заявлениям —  по ним назначили новую проверку.

Но и в этот раз сор из избы предпочли не выносить. В отношении Довгия не стали возбуждать дела, его просто уволили за нарушение закона «О прокуратуре РФ». «21 апреля Довгий пришел в свой рабочий кабинет, у него был день рождения, мы все зашли поздравить начальника, – вспоминает собеседник «Росбалта». — В этот момент раздался звонок телефона внутренней связи. Довгий с улыбкой на лице принимал поздравления от кого-то из руководителей, а потом, резко помрачнев, положил трубку. Выяснилось, что ему сообщили об увольнении».

По словам источника агентства, Довгий тут же попытался лично встретиться с Бастрыкиным, но начальник СКП РФ принимать его отказался. «Мы все думали, что после этого Довгий уедет в Санкт-Петербург и будет вести себя тихо, поскольку, учитывая все обвинения, он легко отделался». Но оказалось, экс-начальник ГСУ сдаваться не собирался.

Вначале он дал интервью, в котором обвинил Бастрыкина в незаконном возбуждении уголовных дел, а потом стал оспаривать свое увольнение в суде. По версии собеседника «Росбалта», такая активность Довгия может быть связана с тем, что «ему необходимо было выполнять определенные обязательства по уголовным делам». «Да и амбиции были слишком высоки, — отмечает источник агентства. – Он получил звание генерала, считал себя уже самостоятельным игроком, а не человеком из чей-то команды».

Так или иначе, но 18 августа 2008 года Довгий был задержан по подозрению в получении взятки от бизнесмена Руслана Валитова (тоже фигурировавшего в деле банка «Траст»).  Сейчас дело бывшего главного следователя страны слушается в Мосгорсуде и в ближайшее время Довгию должен быть вынесен приговор.


Источник: "Росбалт", 02.06.2009


****



Дело Довгия. Показания свидетелей и обвиняемого

Мосгорсуд приступил к рассмотрению уголовного дела бывшего руководителя Главного следственного управления (ГСУ) СКП России Дмитрия Довгия, обвиняемого в получении взятки (статья 290 УК РФ) в размере 750 тыс. евро, а также советника председателя правления КБ “Межтрастбанк” по правовым вопросам Андрея Сагуры, которому вменяется пособничество в совершении этого преступления (статьи 33 и 290 УК РФ).


Прокурор Мария Семененко изложила присяжным фабулу предъявленного подсудимым обвинения. Она отметила, что речь идет о совершении особо тяжких преступлений. Помимо взятки Довгию инкриминируется превышение должностных полномочий (статья 286 УК), а Сагуре – незаконное хранение боеприпасов: при обыске в его квартире нашли три неучтенных патрона к наградному пистолету. По словам прокурора, преступления были совершены Довгием, когда он являлся руководителем ГСУ СКП. По службе ему было известно, что его подчиненными расследуется дело по факту хищения и легализации в 2006 году более 1 млн тонн нефти ОАО “Томскнефть” на сумму свыше 6,5 млн рублей. “В ходе расследования была установлена причастность к совершению преступления некоего Руслана Валитова, – указала прокурор. – В мае 2006 года он легализовал часть похищенного, купив за векселя Сбербанка стоимостью 205 млн рублей 100% долей в уставном капитале Инвестсоцбанка”.

Гособвинитель добавила, что Довгию было известно о намерении руководителя следственной бригады Сергея Чернышова привлечь Валитова к уголовной ответственности. “Об этом Чернышов сообщал Довгию на совещании”, – указала Семененко. И тогда глава ГСУ решил на этом заработать. Он разработал план, к осуществлению которого привлек своего друга Андрея Сагуру. “Довгий знал его с 1990 года, работал вместе с ним в Главной военной прокуратуре”, – пояснила прокурор. “Сагура должен был познакомиться с Валитовым и предложить ему решить вопрос об освобождении его от уголовной ответственности за 750 тыс. евро”, – продолжила Семененко.

В октябре 2007 года в ресторане “Мускат” на Новослободской улице состоялась их первая встреча. “Откуда я знаю, что вы знакомы с Довгием?” – спросил Валитов Сагуру. И тогда Сагура предложил Валитову прийти в ресторан в другой день и понаблюдать, как он будет ужинать с Довгием. После “просмотра” Валитов согласился на сделанное предложение. С ноября 2007 года по февраль 2008 года он передал Сагуре, а тот Довгию 750 тыс. евро.

“Довгий запретил Чернышову продолжать следственные действия, а следователя Алексея Николаева, который лучше всех знал эпизод “Томскнефти”, отослал в Мордовию”, – указала прокурор.

 

Источник: "Газета" via Компромат.ру, 22.04.2009


["Газета", 07.05.2009: По словам Валитова, в октябре 2007 года на него вышел знакомый Дмитрия Довгия Андрей Сагура (бывший сотрудник Главной военной прокуратуры. – "Газета"). "Он позвонил мне на сотовый и предложил встретиться по интересующему меня вопросу", – продолжил свидетель. Встреча состоялась в ресторане "Мускат" на Новослободской улице. Именно там, как утверждал Валитов, Сагура и предложил ему решить возникшую проблему через Довгия. Однако бизнесмен засомневался в том, что Сагура знаком с Довгием. Тогда последний организовал "смотрины". "В одну из пятниц вечером я должен был подъехать в тот же ресторан и увидеть, как они общаются", – пояснил Валитов.

 

Когда сомнения развеялись, Сагура во время следующей встречи "обозначил условия". "Чтобы избежать уголовной ответственности, я должен был заплатить 750 тыс. евро", – поведал суду бизнесмен. В качестве аванса Валитов должен был передать 300 тыс. евро. Деньги он положил в коробку из-под дорогого вина и отдал Сагуре в том же ресторане. В обмен тот дал Валитову образец заявления на действия следователей. Валитов добавил, что впоследствии состоялись его очные ставки с другими фигурантами дела. На них помимо следователя присутствовал сам Дмитрий Довгий. "Все их слова (других подозреваемых. – "Газета") ставились под сомнение. Я понял, что защищен и Дмитрий Павлович выполняет свои условия", – заявил свидетель.

 

Валитов сообщил, что постановление об отказе в привлечении к уголовной ответственности он получил в феврале 2008 года. Тогда же в ресторане "Мускат" он передал для Довгия еще 450 тыс. евро. Однако в июле выяснилось, что постановление отменено, а расследование в отношении Валитова возобновилось. "После этого я решил вывести господ Довгия и Сагуру на чистую воду", – заявил свидетель. Он написал заявление о получении Довгием взятки. Валитов сообщил, что две его встречи с Андреем Сагурой и Дмитрием Довгием в августе 2008 года проходили под контролем оперативников. Подключившийся к допросу Дмитрий Довгий пытался доказать, что Валитов его оговаривает, а на сотрудничество со следствием коммерсант пошел, чтобы выйти из-под стражи.

 

Довгий отметил, что Валитов был арестован в середине июля 2008 года и находился под арестом 10 дней. Валитов не отрицал, что был арестован. Он подтвердил, что в итоге признал вину по обвинению в легализации имущества и сейчас находится под подпиской о невыезде. "За свои действия я еще отвечу", – заверил коммерсант. - врезка К.Ру]

["Газета", 23.04.2009, "Сначала отстранили следователя, затем прикрыли дело": Показания дал бывший следователь ГСУ Алексей Николаев, входивший в состав следственной бригады по делу о хищении нефти на сумму свыше 6,5 млрд рублей у ОАО “Томскнефть”.
...
По заявлению Валитова и соучредителя Инвестсоцбанка Степанова была инициирована служебная проверка в отношении Николаева и бывшего руководителя следственной бригады Ратмира Хатыпова. 31 января 2008 года Довгий вынес постановление, в котором было отказано в возбуждении дела против Хатыпова, Николаева и Валитова. После получения этого документа Валитов и передал Довгию вторую часть взятки 450 тыс. евро (ранее банкир через Сагуру передал первый “транш” в 300 тыс. евро).

Выступая в суде, Николаев сообщил, что в течение трех лет участвовал в расследовании дела о хищении средств “Томскнефти”. В Москву его откомандировали из Мордовии. “Мне было поручено заниматься так называемым вексельным эпизодом, который насчитывал 80—100 томов, – рассказал свидетель. – Основной массой информации по делу владел я”.

Николаев заявил, что следственная бригада собиралась “провести активные следственные действия в отношении Валитова и Инвестсоцбанка”. “Какие именно?” – спросила гособвинитель Мария Семененко. “Планировалось привлечь Валитова в качестве обвиняемого по статье 174 УК за отмывание денежных средств, нажитых преступным путем”, – ответил Николаев.

По его словам, в начале ноября 2007 года, когда в отношении него и Хатыпова началась проверка, новый руководитель следственной бригады Сергей Чернышов попросил его взять отгулы и не появляться на работе (а в конце января 2008 года Николаев был отправлен в Мордовию). “Чернышов сообщил мне: “Шеф сказал, чтобы ты находился в отгулах”, – поведал свидетель. “А кто этот шеф?” – уточнила прокурор. “Довгий”, – ответил свидетель.

Подключившиеся к допросу адвокаты подсудимых пытались убедить присяжных в том, что Николаева отстранили от расследования вовсе не по указанию Довгия, а за противоправные действия: якобы он был причастен к оформлению доверенности на жену одного из обвиняемых по делу о хищении средств “Томскнефти”, бывшего председателя правления банка “Траст” Олега Коляды. “По этой доверенности Коляда передал супруге право распоряжаться всем движимым и недвижимым имуществом”, – указал адвокат Довгия Юрий Баграев.

В ответ гособвинитель огласила приказ мордовского руководства Николаева. В нем говорилось, что следователя отзывают на прежнее место службы из-за нехватки сотрудников и большого количества уголовных дел. - врезка К.Ру]

 

[Газета.Ру, 26.05.2009: Довгий решил рассказать, зачем он все-таки встречался с Валитовым. «Я обсуждал свое увольнение с другом, бывшим помощником главного военного прокурора России Андреем Сагурой. Он сказал, что знает человека, который может мне помочь», – сказал Довгий. «Спасителем» экс-главы ГСУ оказался Валитов, по утверждению лично знакомого с ним Сагуры, работающий на правоохранительные органы. «Он может устроить встречу с новым главой ФСБ Бортниковым. Получишь у него работу», – предложил Сагура. «Почему ты мне раньше не сказал, что знаешь его? Он давал тебе какие-то деньги?» – спросил у него Довгий. Приятель уверил, что Валитов ограничился только часами для подводной охоты и что он заинтересован в помощи Довгию, поскольку тот может проконтролировать решение по делу Инвестсоцбанка. Так Сагура заручился согласием Довгия организовать встречу. Экс-глава ГСУ утверждает, что это была первая его личная встреча с Валитовым, и подчеркивает, что произошла она уже после увольнения из СКП.

Через неделю друзья ехали в поселок Николина Гора к Валитову, в его собственный ресторан. Как утверждает Довгий, по дороге Сагура вдруг сказал ему, что бизнесмен «давал денег кому-то в ГСУ» и уверен, что получил их Бастрыкин. «Что же мне с ним обсуждать после этого?» – поинтересовался Довгий. «Да ты просто игнорируй его намеки и разговоры на эту тему», – посоветовал бывший военный прокурор другу. В ресторане, принадлежащем Валитову, друзья сели за отдельный столик в углу, все остальные места у окон были свободны. «Я еще подумал, что странно как-то, а теперь понимаю, что это было удобнее для записи разговора», – пояснил Довгий. Валитов вел себя спокойно, вольготно, сыпал подробностями уголовных дел и фамилиями, и в конце концов Довгий убедился, что перед ним правда сидит сотрудник правоохранительных органов.
«Теперь я понимаю, что это все звучит наивно. Но тогда я на это купился. Мне нужна была работа», – объяснял Довгий присяжным.

«Никаких взяток от Валитова я не брал. Когда он говорил мне, что я должен буду компенсировать затраты за мое назначение в ФСБ, я думал, что он с меня денег просит. Но платить не собирался – у меня и суммы-то такой быть не могло», – говорил он. Особо Довгий отметил, что в ресторане «Мускат», где, по версии следствия, состоялась передача Сагуре первого денежного транша в ящике из-под итальянского вина «Бароло», в ноябре 2007 года он вообще не появлялся.

... Встреча с будущим работодателем Довгия была назначена в ресторане неподалеку от здания ФСБ на Лубянке. Но вместо сотрудника службы, который, как утверждал Валитов, должен был отвезти Довгия к Бортникову, за уволенным главным следователем пришли его бывшие коллеги. - врезка К.Ру]

 

["Коммерсант", 13.05.2009, "Следователь и оперативник рассказали, как разрабатывали Дмитрия Довгия": Оперативник департамента обеспечения правопорядка на закрытых территориях и режимных объектах (ДРО) МВД РФ Георгий Новиков сообщил, что в июле прошлого года получил поручение от следственного комитета при прокуратуре РФ проверить показания бизнесмена Руслана Валитова, обратившегося в следственный комитет с заявлением о даче им взятки господину Довгию. ... [Он] обеспечивал так называемую негласную аудиозапись (НАЗ) разговоров обвиняемых с господином Валитовым. По его словам, были задокументированы четыре встречи господина Валитова с господами Довгием и Сагурой. Оперативник добавил, что бизнесмен сам придумал легенду, в соответствии с которой господин Валитов якобы являлся сотрудником службы внешней разведки и имел хорошие связи в высшем руководстве ФСБ РФ. По данным следствия, господин Валитов обещал господину Довгию посодействовать восстановлению последнего в должности (к этому моменту Дмитрий Довгий уже был уволен из следственного комитета), после чего тот с помощью уже полученных €750 тыс. должен был прекратить уголовное преследование бизнесмена. По словам свидетеля Новикова, Руслан Валитов вел свою игру сам, а оперативник лишь снабжал его "секретной техникой" для аудиозаписи. Эту технику господину Новикову, по его утверждению, предоставляло некое засекреченное подразделение ГУВД Москвы. Свидетель также сообщил, что лично участвовал в последней встрече обвиняемых с бизнесменом и из их разговоров понял, что его самого подсудимые считали помощником главы ФСБ Александра Бортникова, встречу которого с господином Довгием он якобы и должен организовать. После встречи обвиняемых задержали.


Господин Новиков не ответил на вопрос защиты, почему оперативным обеспечением расследования занимался он, сотрудник явно "непрофильного" департамента МВД. На вопрос господина Довгия, как он мог установить, что обвиняемые уже получили взятку, оперативник ответил: "Валитов несколько раз требовал свои деньги назад, а вы адекватно реагировали". А на вопрос свидетелю господина Сагуры "как вы выяснили, что я передавал деньги?" ответил судья Фомин. "В ходе ОРМ (оперативно-розыскных мероприятий.— "Ъ")",— сказал он.

Затем перед судом предстал вызванный старший следователь по особо важным делам следственного комитета при прокуратуре РФ Денис Никандров. Он и пояснил, почему оперативным обеспечением занимался сотрудник ДРО: "Так решило руководство МВД, то ли министр, то ли заместитель министра". - врезка К.Ру]

 

["Время новостей", 21.05.2009, "Бывшему главному следователю СКП дали послушать его разговоры": Присяжные продолжили слушать негласные аудиозаписи переговоров Довгия, Сагуры и Валитова, сделанные под контролем оперативников. Сначала им показали запись с камеры видеонаблюдения, сделанную в зале ресторана «Николина гора» 7 августа 2008 года. На ней подсудимые и Валитов разговаривают за ужином. Затем присяжные смогли услышать и сами переговоры. Из-за того, что подслушивающее устройство было у г-на Валитова, на пленке отчетливо расслышать можно только его слова, речь его собеседников едва слышна, и понять можно было лишь общий смысл диалогов.

Собеседники обсудили подробности несостоявшегося дела против г-на Валитова, действия нескольких следователей, а также другие вопросы, связанные в том числе и с конфликтом Довгия и главы СКП Бастрыкина, которого собеседники для простоты называли «верхолазом». В частности, на записи г-н Довгий рассказал, как к нему пришел глава СКП и поставил вопрос ребром: «Либо ты уходишь, либо я». В конце записи г-н Валитов обещал экс-главе ГСУ устроить ему в одном из кафе недалеко от Лубянки встречу с главой ФСБ Александром Бортниковым, умело играя роль его приятеля. В разговоре г-н Валитов даже фамильярно называл главу ФСБ Василичем. Как признался сам бизнесмен, чтобы на встрече «быть в теме», справочную информацию о главе ФСБ он почерпнул из Интернета. - врезка К.Ру]

 

["Время новостей", 29.05.2009: «А почему в разговоре между собой вы называли главу СКП «верхолазом»?» -- поинтересовался вдруг председательствующий судья Дмитрий Фомин. «Вообще-то это придумал Валитов, -- ответил подсудимый. -- Дело в том, что Бастрыкин по каждому пустяковому вопросу бегал наверх в администрацию президента». - врезка К.Ру]